Перейти к содержанию

Лорд Саурон

Тьма
  • Публикаций

    38
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Победитель дней

    4

Лорд Саурон стал победителем дня 24 октября 2018

Лорд Саурон имел наиболее популярный контент!

Информация о Лорд Саурон

  • Звание
    Оплот порядка в жестоком мире

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Интересы
    ПРИ, ТРИ, фехтование, толкиноведение, захват власти
  1. Дол-Гулдур[Ворота и двор крепости]

    Далеко-далеко от южного Чернолесья, в далеких и жарких землях Харада, @Хэлкар привычно ощутил прикосновение воли Владыки к собственному разуму, ледяное и огненное одновременно. В мыслях Саурона читался и гнев на ничтожных людишек, посмевших бросить Ему вызов в Его законных владениях, и насмешка над бессмысленностью их стараний, и спокойная, несокрушимая уверенность в собственной предрешенной победе. - Я уже отправил к тебе эмиссара с поддержкой, и он вот-вот будет у стен столицы, - отозвался Саурон. - Встретишь его в пяти милях к востоку от города, к закату второго дня. В сознании Хэлкара вспыхнул краткий, но отчетливый мыслеобраз места. - Если провидишь бунт - ударьте первыми, утопите непокорных в крови и сотрите из их жалких разумов самую мысль о предательстве. * * * Петляя по извилистым коридорам Дол-Гулдура, служитель провел Дхакиру в уединенную комнатушку без окон, с жесткой немногочисленной мебелью. Несмотря на скудное убранство, здесь было на удивление сухо и относительно тепло. Факел, вставленный в кольцо на стене, слуга зажигать не стал - к чему он здесь слепой девушке? Исчезнув некоторое время, он вернулся с ужином для гостьи: куском жареного мяса, жестким серым хлебом и бутылью терпкого вина. Скрежещущим голосом он сообщил, что вернется утром, посоветовал не бродить по замку и окончательно канул в ночь. До самого рассвета ничего не происходило - толстые стены Старой Крепости поглощали любые звуки, и до самого рассвета комната пророчицы была погружена в глубокую, вязкую тишину. Отчетливо ощущалось близкое присутствие Саурона - несмотря на толщу камня, его черная воля окутывала разум Дхакиры, застилая внутреннее око, смущая разум. Вряд ли колдунья смогла бы увидеть рассвет, даже будь в комнате потребные для этого окна: просто сама собою пришла вкрадчивая, четкая мысль: "Пора!". Практически немедленно появился давешний служитель, и уже несколько минут спустя @Дхакира Лайали оказалась во внутреннем дворе крепости. Ее будущие спутники уже были тут. Саурон, в седле своего гигантского коня, возвышался надо всеми: чудовищное животное ярилось, грызло удила, антрацитово-черным копытом высекало искры из каменной кладки. Вокруг Владыки, как всегда, три десятка его черных стражей - им самим обученных колдунов, сменивших за последние века уже не одно смертное хроа. Все высоченные, в черных латах, с мертвыми, застывшими лицами. Их Дхакира могла видеть вполне отчетливо, невзирая на свою слепоту. Помимо них, готовились к отъезду еще несколько человек - в том числе вчерашний знакомец в багровом плаще, названный Агандауром - Дхакира различала уже знакомый отблеск его сознания. Свесившись с седла, он вел тихую беседу на черном наречии с человеком, державшимся за его стремя. Обоза не было - только объемистые тюки, навьюченные на верховых лошадей. Владыка, как видно, на сей раз путешествовал налегке. Двор тонул в шуме - Повелитель Мордора отправлялся в путь, и вся крепость, поставленная новостями с ног на голову, бурлила жизнью. Служитель подвел Дхакире коня, помог взобраться в седло. Жеребец был вороной, типичной мордорской масти. Потомок ворованных роханских скакунов, сроднившийся со злом и приученный терпеть ужас, исходивший от новых хозяев. Обильно навьюченный: кто-то озаботился снабдить умбарку всем необходимым в долгой дороге. Кавалькада была в сборе и ожидала Саурона, а тот заканчивал последние дела. Перед устрашающим скакуном владыки стояла Шелоб в своем человеческом осанвэ-равэ, комендант крепости и командир гарнизона - причем эти двое отчетливо старались держаться на удалении от паучихи. - Новости о ваших победах и поражениях быстро достигнут моих ушей, - пророкотал владыка напоследок. - Самый измученный пленник этих подземелий не позавидует вашей судьбе, если вы меня подведете. Саурон выпрямился в стременах. Он не произнес ни слова, но все до единого взгляды во дворе обратились на него. Молча хлестнув коня поводьями, властелин Мордора вихрем понесся к открытым воротам, увлекая за собою всех своих спутников. Площадь вскоре осталась позади, кавалькада вырвалась на старую военную дорогу. Им предстоял долгий путь, чтобы обогнуть владения их врагов на севере Рованиона и достичь бесплодных северных пустынь, где по слухам живут драконы. Сейчас кружная дорога увлекала Саурона и его спутников на восток, в сторону моря Рун... * * * Размеренное течение службы Варанга было прервано неожиданным и достаточно неприятным образом. Появление начальства в расположении вверенного подразделения редко можно назвать приятным сюрпризом - особенно когда у тебя такое омерзительное начальство. В самый разгар положенных воинских упражнений на его плацу появился начальник гарнизона Сканг собственной персоной. Рожа у него была перекошена втрое против обычного, он то и дело косился на свою спутницу и явно старался держаться от нее не ближе, чем в трех шагах. Спутница была человеческая баба, но какая-то чудная и жутковатая: с ног до головы в полных латах хорошей работы, с орнаментом в виде паутины и огромным черным пауком на груди. Брюхо паука украшало изображение Багрового Ока. Рожа у нее была белая, вся размалеванная замысловатыми знаками, волосы длинные, густые, светлые и грязные. Глаза полностью черные, ни тебе белков, ни радужки, ни зрачков: не пойми куда смотрит, не мигает и как будто все вокруг сожрать хочет. Но самое неправильное - манера двигаться. Вся какая-то отрывистая, резкая, невпопад, двуногие существа так себя не держат. Как будто куклу за нитки дергают, причем неумело. Сканг окликнул Варанга, и парочка направилась прямиком в его сторону. - Это, сталбыть @Варанг , госпожа, - прогнусавил жирный орк. - А это, Варанг, госпожа Шелоб. У нее приказ от Властелина выступать к Лихолесским Горам завтра на закате, и велено выделить лучшие части. Я решил, что ты со своими парнями подойдешь. Шелоб молча изучала орка хищными черными глазами.
  2. Дол-Гулдур[Ворота и двор крепости]

    Глаза Владыки Мордора сверкнули, подобно Саммат-Науру в час извержения Роковой Горы. Лицо его оставалось бесстрастным, в то время как у дверей зала Шелоб наслаждалась своей добычей. Несмотря на то, что в последние месяцы паучиха питалась обильно и регулярно, каждую новую трапезу она свершала, как последнюю. Сколько же смертей требуется, чтобы, наконец, насытить эту алчную тварь? Наблюдая за пиршеством, Саурон не без удовлетворения отметил, что со дня отбытия из Кирит-Унгола паучиха значительно увеличилась в размерах и стала двигаться куда как ловчее и быстрее. Пожалуй, теперь ее можно счесть готовой к началу войны. Саурон обратил взгляд к Дхакире. Щупальцами своих темных мыслей он потянулся прочь из зала и, отвечая на зов, откуда-то из укрытого тьмой бокового коридора появилась согбенная фигура в черной хламиде. - Тебя проведут. Ты получишь все необходимое - и если не оправдаешь собственных слов, это будет последняя милость, которую тебе окажут. Жестом черной воли Саурон дал Дхакире понять, что до рассвета она свободна, и аудиенция окончена. Владыка Мордора что-то сказал паучихе на черном наречии, та ответила лязгом и скрежетом окровавленных жвал. Слуга же, поклонившись владыке, хриплым шелестящим голосом предложил мораданке следовать за собой.
  3. Дол-Гулдур[Ворота и двор крепости]

    Сознание Саурона занимали сейчас сложные и противоречивые мысли, и девчонке перед его троном уделено было в них самое ничтожное место. Нельзя вечно прикрываться холодом, насланным силою Кольца на западные земли: рано или поздно ветер из-за Моря развеет морок, истреплет ледяные тучи. Главный удар надлежит нанести раньше, чем это произойдет. На юге неспокойно, Гондор же могуч, готов к войне и ожидает удара. На Востоке силы разбросаны по бескрайним просторам Зарунья, а на дороге у них, буде они поднимутся, встанет Эребор - сильный, несокрушимый, и вместе с тем почти безвредный для его замыслов. Здесь, в Лихолесье, все уже подготовлено: осталось лишь спустить хищницу с поводка. С самого своего прибытия в Дол-Гулдур Темный Властелин обдумывал иные пути. Тем не менее, айнурский разум хозяина Мордора вполне способен был вмещать множество размышлений одновременно. А то, что происходило перед троном, его забавляло. - Столько дерзости в таком юном разуме , - сухие, растрескавшиеся губы Саурона изогнулись в подобии полуулыбки, голос эхом отдавался в углах и под потолком, куда не доставал свет факелов. - Даже в своем служении люди запада остаются непреклонными гордецами. Дхакира кожей ощущала, как сгущаются в зале черные тучи Сауроновой воли, как, клубясь, окутывают ее саму и ее спутников сетями липкого ужаса. Мало-помалу она начала различать за мощью владыки и двух других - два сгустка тьмы, чуть заметных на фоне мощи Ока. От одного из них словно бы протянулся толстый черный канат, уходивший куда-то под потолок. Саурон поднялся с трона, на три головы возвышаясь над самым высоким из морэдайн. Стальная корона сверкнула в тусклом свете. - Если ты не лжешь, значит прошлая твоя жизнь тебе более ни к чему. Саурон простер четырехпалую длань, и Тень Ужаса легла на умбарских спутников Дхакиры и отца ее Саргона. Души их наполнились отчаяньем, а тела онемели, скованные смертельным страхом и железной волей Властелина Колец. - Они твои, - с улыбкой возгласил Саурон, обращаясь явно не к Дхакире. - Пищщща! - истошно, нечеловечески завизжала светловолосая женщина, а потом вдруг конвульсивно дернулась и как подрубленная рухнула на пол, лязгнув доспехами. Зато с потолка, из тьмы, сопровождаемая оглушительным скрежетом хитина и адским зловонием, прямо на парализованных умбарцев обрушилась колоссальная паучиха. Алчно щелкнув жвалами, Шелоб вонзила жало прямо в грудь Саргона. - Завтра на рассвете ты поедешь со мной в Фородвейт, - спокойно сказал Саурон, не обращая внимания на происходящее. - Если сумеешь пережить путь, то я исполню твое желание. Агандаур, подготовь все необходимое. Голубоглазый мужчина низко поклонился и скрылся в тенях за троном. Саурон же не отрывал взора от юной умбарки, пока у дверей разгоралось паучье пиршество.
  4. Дол-Гулдур[Ворота и двор крепости]

    Старый тронный зал Саурона в Дол-Гулдуре был не более, чем жалкой тенью мрачного величия Барад-Дура. Лесная крепость вся насквозь была пропитана ядом, гнилью и тленом, и эта комната, с ее высоким стрельчатым потолком и резными колоннами, не была исключением. Окон не было, в нишах у стен подслеповато мигали огни факелов. Их отблески плясали по залу, складываясь в жуткие и угрожающие узоры. Как и всегда в присутствии Саурона, сам воздух казался обжигающим и густым, переполненный Его ненавистью и черной волей. Владыка Тьмы восседал на каменном кресле у дальней стены, в окружении ореола танцующих теней. Одежды его словно смешивались с окружающей темнотой, в длинных волосах проблескивала седина. мертвенное, изборожденное шрамами лицо лишено всякого выражения, веки смежены - Властелин Барад-Дура пребывал в тяжких раздумьях. Будучи не в силах видеть его глазами,@Дхакира Лайали , тем не менее, сама себе показалась обретшей зрение - настолько отчетливо и явственно предстал Его облик перед ее мысленным взором. А потом весь ее разум заволокло бушующее пламя. Голову пронзила острая боль и все тело пронзила судорога. Все сознание, все мысли, всю гордость и силу мораданки смел и выжег безжалостный огонь, и вместо них осталось только оно - Багровое Око. Его взгляд пронизал девушку до самых глубин души, безжалостно срывая любые покровы, читая само ее "я" будто раскрытую книгу. Несколько секунд, могущих показаться вечностью, прошли в мучительной агонии - а потом все прекратилось столь же внезапно, как началось. Алчное пламя погасло, Око покинуло ее, оставив за собою выжженное пепелище и принеся блаженное облегчение. Саурон открыл глаза. Ослепленная всепожирающей мощью сауроновой воли, Дхакира не могла сразу почувствовать их, но в зале находились еще двое. Высокий человек в багровом плаще с капюшоном, из-под которого холодно сверкали пронзительно-голубые глаза, и очень странная женщина. Невысокая, гибкая, с длинными светлыми волосами, она могла бы быть очень очень красива - если бы не испещрявшие ее лицо черные знаки, мерзкое, плотоядное выражение лица и глаза, лишенные белков и будто затянутые черным туманом. С ног до головы она была закована в латы со странным узором, похожим на паутину, а в ее позе было что-то от притаившегося в засаде насекомого. Голубоглазый ничего не сказал. Женщина же, обратив на девушку злобно блестящие глаза, не то прошептала, не то прошипела: - Сссвежая... - Нет, - коротко оборвал ее владыка тьмы, и светловолосая тотчас умолкла. Голос женщины показался Дхакире тошнотворным и подобным бульканью затхлой трясины, слова же Темного Властелина разрывали воздух, будто раскат грома. - Она не для тебя. Дхакира не могла видеть, куда смотрит ее новый владыка, но направленный на себя взгляд осознала безошибочно - он обжигал. - Немногие осмеливаются приходить ко мне, и еще меньше тех, кто переживает такую встречу. Какую службу ты дерзко надеешься сослужить мне, слепая девочка из Умбара?
  5. Кирит-Унгол

    - Ты знаешь, что мои возможности выходят далеко за пределы моего тела, - отозвался Саурон. Покорность Шелоб радовала его. Он понимал, что несмотря на всю щедрость его посулов, паучиха все же с куда большей охотой оставалась бы в своей норе и шла с ним из страха и необходимости, но отнюдь не по своему желанию. И уже то, что первые два перевешивали третье, свидетельствовало о том, что в этом уродливом теле до сих пор жива искра разума ее внушающей ужас матери. Раздуть эту искру – и очищающее пламя поглотит Рованион даже прежде, чем первые шеренги многочисленных армий Арзашмаила из Цет-Хабаора покажутся на восточном горизонте. - Я больше него. Тело лишь придаток, а воля моя занимает куда большую площадь и прямо распространяется на куда большее количество вещей, наделенных или не наделенных фэа. Ты тоже больше своего – недаром страх и тьма, порождаемые тобой, подобно яду пропитали окрестности Кирит-Унгол. Сознание айнур и тех, кто был рожден от их крови – гораздо шире, чем могут вообразить себе смертные, и все мы обладаем могуществом, коего из них могут достичь единицы. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей: так же, как мы управляем телом, мы можем одновременно управлять и миром вокруг него. Миром… Или другим телом. С моей помощью ты получишь эту возможность. Я дам тебе смертную плоть, в которой твой дух пустит корни и которой ты сможешь управлять. Плоть, которая позволит тебе видеть, слышать, говорить, сражаться и убивать, покуда собственное тело раздувается, растет и кормится в тишине, тьме и безопасности твоего логова. Глазами, рожденными для жизни при свете солнца, без боли и страха сможешь ты наблюдать его. Светила утратят гибельную для тебя силу, и ясный день перестанет быть преградой на пути к беспечной добыче. Облик твой сделается привычен и приятен для глаза низших существ, и тем более значимым орудием в твоем арсенале сделаются ум и слова вместо лап и челюстей. Ты станешь посланницей собственной воли, самолично неся свое слово и вместе с тем не покидая своей пещеры. Ты получишь свободу убивать безнаказанно. У него давно родился этот план. Идея казалась ему интересной даже ради самой идеи, чего с ним не бывало уже давно. А если это сработает как должно… Образы один за другим выстраивались в разуме Майрона, дополняя друг друга и формируя стройную последовательную цепочку. Мысли Саурона напоминали многовековое дерево, где, несмотря на самые причудливые формы и переплетения, каждая следующая ветвь есть логическое продолжение всех предыдущих. Он ожидал лишь подходящего случая – и, когда назгул вернулся от границы Рохана со своим живым трофеем, это всколыхнуло темное озеро фантазии владыки Мордора. Гонцы были разосланы, и в башнях Зубов Мордора их уже ждали. Умудренные запретным опытом черные нуменорцы под предводительством назгула готовили зал для предстоящего мрачного ритуала, явившиеся с востока гномы из числа принесших ему присягу ковали причудливые доспехи, а из подземных казарм Мораннона собирались орки и тролли. - Как видишь, я даю тебе гораздо больше, чем ты могла бы надеяться получить чьими угодно силами, - подытожил Майрон, устремляя пылающий взор вдаль, в клубящиеся темные тучи. - Помни об этом. Медленно, но уверенно двигалась страшная процессия, и чем дальше продвигались они на север по горным трактам Мордора, тем чаще и сильнее проглядывали меж кривыми пиками Эфель-Дуата отдаленные силуэты Нархоста и Кархоста, Зубов Мордора. И вот наконец Черные Ворота показались во всей красе. Саурон остановил коня на гребне скалы, озирая древний вход в собственные владения. Отсюда дорога шла вниз и в сторону извилистым серпантином. Еще около часа – и они наконец прибудут на место.
  6. Кирит-Унгол

    Шэлоб - Да, путешествие тебе предстоит неблизкое, - отозвался владыка Мордора. Будучи верхом, он сильно возвышался над Шелоб, хотя массой своего черного тела она многократно превосходила и самого майа, и его коня вместе взятых. - Как и мне, впрочем. Вам придется двигаться днем и ночью, а потому я распорядился подготовить для тебя закрытую телегу. Впрочем, я также дам тебе возможность смотреть на дневной свет смертными глазами. Полагаю, ты откроешь для себя много нового. Саурон улыбнулся, в мыслях его всплыл образ еще одного члена их процессии - закутанной в бесформенный рваный балахон фигуры, едва-едва державшейся на коне и для пущей уверенности привязанной к седлу позади одного из черных стражей. Это таинственное - хотя, конечно, не для самого Саурона - безвольное тело они взяли с собой еще из самого Барад-Дура, и посейчас оберегавший его всадник ехал в хвосте колонны. Мысль о природе собственных замыслов доставляла Саурону удовольствие, и владыка Барад-Дура даже казался слегка развеселившимся. - Тебе придется привыкнуть к сложностям, - продолжил он. - И к разговорам. В дороге у тебя будет достаточно времени, чтобы практиковаться. В конце концов, теперь у тебя будет довольно еды, чтобы ты перестала думать только о ней. Между тем процессия уверенно двигалась в сторону Мораннона. Они ехали не слишком быстро, но не делали привалов. Саурон не нуждался в физической пище и сне, равно как не нуждались в них и его чудовищные черные стражи. Как это ни парадоксально, Шелоб оказалась наиболее живым существом в этом мрачном отряде, и специально для нее орочьи разъезды периодически подвозили добытые то ли на охоте, то ли из запасов многочисленных казематов Эфель-Дуата воловьи туши.
  7. Кирит-Унгол

    Шэлоб При появлении Шелоб по рядам орков прошел испуганный шепоток. В присутствии Саурона бежать прочь или истошно орать никто не посмел, ибо гнетущее давление Его Воли они ощущали гораздо сильнее, чем липкий тошнотворный страх, распространяемый Шелоб. Орки остались на месте, но Шаграт мог бы поклястся, что кое кто из бывших рядом с ним снага прямо тут обмочил штаны. Но Саурону было наплевать на реакцию орков. - За мной, - коротко бросил он, ударяя коня шпорами. Вопреки своим обычным привычкам, Властелин Мордора не стал пускать коня галопом - Шелоб со своим разбухшим телом и непривычными к скорости ногами просто не догнала бы его. - Меленной рысью Саурон и его черные стражи двинулись по мощенной базальтовыми блоками дороге в сторону Мораннона. Шаграт наконец-то, впервые за день, спокойно выдохнул, а гарнизон Кирит-Унгола прямо с плаца отправился в обеденные чертоги, откупоривать новые бочки с черным пивом. - Как давно ты обитаешь здесь? - спросил Майрон, обернувшись к Шелоб, покуда они отдалялись от перевала и постепенно уходили вниз, к Дуртхангу и Железному Зеву. Ее разум не пробудиться и не придет в движение, если не заставлять ее напрягать его. И Властелину Мордора придется делать это самому - только у него достаточно власти и способности внушать страх, чтобы она не могла позволить себе проигнорировать его вопрос. Да и, в общем-то, его действительно всегда интересовал ответ на вопрос. - От Нан-Дунгортеб до Эфель-Дуат путь неблизкий, а Мглистые Горы куда ближе и куда более обильны на пропитание.
  8. Кирит-Унгол

    Шэлоб - Я знал, что ты примешь правильное решение, - губы Майрона искривила победная усмешка. "Ты одновременно слишком труслива и слишком алчна, чтобы воспротивится" - мог бы добавить он, но не стал. Неумелая речь Шелоб забавляла Саурона, но виду он не подавал. Ничего, скоро ей придется вспомнить, каково это - строить сложные предложения и связно выражать свои мысли. Наполовину она - паук, тупое и злобное животное, но на другую - айну, порождение одного из самых могущественных созданий Предначальной Арды. Но как показывал опыт полуэльфов, в Арде ничего не бывает наполовину. Рано или поздно он вытравит паука, и тогда останется только дочь Унголианты. Их, противников Запада из стародавних времен, слишком мало осталось, и для победы в этой последней войне использовать надо всех. Благоприятный исход переговоров радовал его, хотя Майрон и так был уверен в успехе с самого начала. Теперь у эльфов Чернолесья появится противник, который надолго заставит дориатского выродка Трандуила забыть о чем-либо, кроме собственных границ. - Мы выступаем немедленно, - ответил он на ее вопрос. - Не думаю, что тебе нужно будет время на сбор пожитков. Я провожу тебя до Мораннона, оттуда ты направишься в Дол-Гулдур, а я вернусь к иным делам. Отсюда до Врат несколько дней пути, так что у тебя будет еще время задавать мне вопросы. А покуда мы будем добираться туда, мои слуги подготовят все необходимое для тебя и твоего похода. Он склонил голову набок, швырнул Моргенштерн в сторону, и один из черных стражей тотчас поймал его. - Полагаю через заднюю дверь форта ты не пролезешь, - заметил Майрон. - Я буду ждать тебя у главных ворот. Изобразив рукой нечто вроде вежливого жеста, Владыка Мордора развернулся и широким шагом направился в сторону крепости, окруженный развевающейся тканью своего плаща, точно ореолом тьмы. Его уродливые стражи в молчании потянулись следом. Отряды орков на плацу были все еще выстроены по стойке смирно, и, едва только почувствовав приближение своего господина со стороны задних ворот, в страхе подобрались и выпрямились. Саурон не обращал на них вообще никакого внимания - молча прошествовав сквозь ряды бойцов гарнизона, Майрон вышел за ворота и одним ловким движением вскочил на коня. Колоссальный черный жеребец злобно фыркал и вспахивал копытами землю. Огромная и уродливая тварь, несчастное дитя украденных из Рохана скакунов, измененное и изуродованное черным колдовством. Вряд ли в Средиземье видел таких лошадей - десятифутовый Саурон сидел на нем, как обыкновенный человек на обычной лошади. Морда чудовища была уродлива и с выступающими костями, глаза налиты кровью, а душа до того черна, что присутствие самого страшного зла нимало не пугала его. Как не испугало и присутствие иного зла - куда менее могущественного, но куда более алчного до чужих жизней.
  9. Кирит-Унгол

    Шэлоб Саурон смотрел прямо на нее, не отводя горящего взгляда. Вся его фигура излучала спокойную уверенность. Это тело, слишком большое для человека, было маленьким не только в сравнении с Шелоб - сила, переполнявшая его, явно требовала куда большего сосуда. Он был куда больше своего собственного тела и куда больше, чем пытался казаться. Хотя и несравненно меньше, чем был когда-то. - Я всегда хочу одного и того же, - ответил Майрон с легкой улыбкой. - Тебе пора бы уже и самой это знать, ибо изо всех слухов, что ходят обо мне по миру, этот - самый распространенный и самый правдивый. Вопрос в том, чего хочешь ты. Он сделал паузу, давая паучихе возможность осмыслить сказанное и настроится на продолжение. Отрывистая и неумелая речь ее выдавала сонливость разума. - Забавно то, что мы с тобой похожи - ты тоже хочешь одного и того же, - продолжил Саурон. - Но я хочу порядка для мироздания и власти для себя, а ты хочешь есть. Хочешь добычи. Нормальной, настоящей, а не орков, от которых и от живых за милю разит падалью. Много столетий ты была безмолвным стражем моих границ, таящимся во мраке, и меня это устраивало, но мир изменился. Теперь, когда созданное мной снова принадлежит мне, у меня на тебя есть иные планы. Более приличествующие твоей мощи и твоему... происхождению. Ты Шелоб, последняя из живых детей Унголианты, мать и законная королева всех Унголов от Эред Литуи и до Гор Темнолесья, что у границ королевства Трандуила. Мать твоя когда-то служила нашему общему делу, но в голоде своем дерзнула затребовать больше, чем ей полагалось и чем ей могло причитаться. Во искупление этого греха отныне ты служишь мне. Отправляйся на север, собери своих детей и нарожай новых, если потребуется. Мой наместник в Дол-Гулдуре встретит тебя, он даст тебе орков, троллей и животных, которые послужат тебе и твоим детям, построят для вас крепость и вооружат вас - и которыми вы будете питаться, пока не будете готовы выступить и добыть себе иной еды. Создай мне армию, достойную Мордора и памяти своей матери, веди эти войска дальше сквозь земли лесных эльфов и владения беорнингов. Я дарую тебе в ленное владение горы Темнолесья и все лесные земли к северу от них, какие сумеешь завоевать. Ты сможешь править ими и собирать с них дань как королева. Сколько хочешь. И сколько сможешь поглотить. Ты никогда не добьешься такого величия без моей помощи, я же за это требую лишь присяги и верной службы. Второго шанса покинуть эти пещеры у тебя уже не будет. Твое слово?
  10. Gandalf Судя по количеству пропавших посылок, они их правда через варп перевозят
  11. Gandalf А что я, я существо прагматичное, по Лориенам не ходок, с Ниеннами не говорун
  12. Леди Галадриэль Вы только оркам про это не говорите, они вас на смех поднимут-с
  13. Я если свой возраст в ваших годах считать начну, мне придется раздвигать границы математики. А в Чертогах Безвременья вообще не понятно, как отсчитать, на то они и чертоги безвременья.
×

·