Перейти к содержанию
  • Объявления

    • Аксель

      Извечные вопросы.   10.12.2018

      Прошу обратить пристальное внимание на следующую тему: Рестарт или...? ( )

Глорфиндель

Свет
  • Публикаций

    388
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Победитель дней

    2

Глорфиндель стал победителем дня 14 сентября 2017

Глорфиндель имел наиболее популярный контент!

Информация о Глорфиндель

  • Звание
    Золотой Август

Информация

  • Пол
    Мужчина

Персонаж

  • Анкета (адрес к теме):
    http://lotrrol.ru/index.php/topic/4200-glava-doma-zolotogo-tcvetka/

Посетители профиля

935 просмотров профиля
  1. Зал Совета

    Глорфиндейль. Пост четвертый. Тихое ясное утро погружало в блаженное умиротворение весь огромный сад Последней Обители. Мягко светило Солнце и разгоняло своими ласковыми лучами последние клубы утреннего тумана, Пламень Анора отражался на капельках росы, зависших на тонких паутинках и прохладный ветерок, спустившийся с пиков Мглистых гор пробуждал разум каждого, прибывавшего на эту террасу, ставшую местом должно быть предпоследнего Белого Совета, сбора, долженствующего положить конец козням недобитого Врага. Глорфиндель сел рядом со своим другом Элрондом Полуэльфом и сомкнув глаза ожидал, пока явятся посланники со всех частей обитаемого Эндорэ. Эльфы запада и эльфы востока, люди севера и люди юга, подгорные бородачи и полурослики с зеленых холмов Гвайт-ин-эдайна. Давно Совет сил Света не собирал в себе столько депутатов, но никогда еще за все три эпохи не был так слаб и столь разобшён. Наконец, когда вся когорта расселась и утихли приветствия и пожелания доброго здравия – Совет начался. Выступил Владыка Имладриса, выступил Боромир сын Денетора наследник Наместника, выступил Глоин сын Гроина представитель Подгорной Короны, выступил Леголас сын Трандуила вечный принц Эрин-Ласгалена, выступил даже Хальбарад-следопыт и Арагорн сын Араторна последний из Верных Людей, претендовавших на Трон Гондора. Выступила куча народу и чем дольше Глорфиндейль слушал, тем сильнее его сердце наполнялось яростью. Он не открывал глаз и не делал никаких движений, со стороны даже казалось, будто прославленный полководец спит прямо во время совета. Но естественно, это было не так. И каждый, кто мог заглянуть за границы материального мира видел, что вокруг древнего эльфа разгорается и бьется пламя, что свет Двух Древ рвется из его груди и лишь немыслимой силой воли нолдор не дает Извечному Огню испепелить все вокруг. Наконец, встал Олорин и повел свой рассказ. Лаурэфин открыл глаза и они метали молнии. То, о чем говорил майа приводило его в ярость и душило гневом. Все повторялось вновь и вновь и когда истари закончил, Глорфиндейль поднялся со своего кресла и яростно заговорил: - Довольно. Слишком долго слушали мы тебя и слишком долго верили твоим речам, - эльф поднял руку призывая всех к спокойствию и продолжил, - Как мы можем доверять тебе? Вдумайся, о чем ты просишь нас? – эльф смотрел в глаза мага, - Разве не твой брат – Саруман предал нас? Разве не твои братья Синие маги бросили нас и основали собственные новые темные культы? Разве не твой брат Радагаст свихнулся и теперь заботится лишь о неразумных тварях? – Глорфиндейль сокрушал от собственных слов, но продолжал, - Разве ты не майа, Олорин? Вспомни, сколько твоих собратьев перешло на сторону Бауглира? Сколько бед и горестей они причинили, сколько невинных душ они погубили? Гендальф, я сам скрещивал с ними клинки и я вижу в тебе ту же искру. Гортхауэр тоже из вашей братии, разве не с ним мы боремся? Как мы можем доверить наше величайшее оружие в твои руки? Как можешь гарантировать ты нам, что не выберешь путь Курумо? Глорфиндель махнул рукой и продолжил: - Скажи, Гендальф, как так случилось, что целую человеческую жизнь Кольцо Всевластия было у тебя под носом и ты не разгадал его суть? Как можешь ты после такого заносчиво именовать себя «мудрым»? Или ты давно уже проник в его тайны и лишь сейчас решил раскрыть их нам? Что еще скрываешь ты от нас, Олорин? За разговорами давно уже миновал полдень и темные тучи, идущие с востока сгущались над Ривенлеллом. Смолкли птицы и дул пробирающий до костей ветер. В Зале Совета было неуютно, промозгло и люди и эльфы ежились от холода. - Подумай еще раз, что ты предлагаешь нам? Ты хочешь вручить Кольцо Врага в руки полурослику? Кто будет нести его, Гендальф? Кто взвалит на себя величайшую ношу? Этот маленький народец? Ну уж нет. Они уже продемонстрировали себя. Они не воины и не колдуны. Они даже сейчас не осознают, с чем столкнулись. Где было бы Кольцо сейчас, если бы я не встретил отряд Арагорна? Что было бы, если бы я не взмолил Благословоенного Ульмо взбыдить воды реки Бруинен? Я скажу тебе, Гендальф. Саурон бы уже до основания разрушил город Минас-Тирит, выжег степи Рохана и легионы его уже осадили бы Последнюю Обитель. – Лаурэфин взглянул на сына наместника, - Не смотри на меня так, храбрый Боромир. Я знаю, о чем ты думаешь. - Полурослики – не смогут защитить Кольцо. У них не вышло этого раньше не выйдет и впредь. Друг мой Элессар, ты сказал, что пойдешь с ними. Но как мы можем доверять ТЕБЕ? Ведь в твоих жилах течет кровь Исильдура и на тебе лежит его злой рок. Нет, сын Араторна. Тебе не выстоять с этой ношей, так же как не выстоять против девяти кольцепризраков. Кто сможет защитить Кольцо Всевластия? Глава Дома Золотого Цветка поморщился, ему было мерзко произносить это, но он ставки были слишком велики. - О да, даже если ты не предал, нас Гендальф, как ты сможешь уберечь кольцо? Ведь ты принес клятву на священном холме Корон Ойолайрэ, стоя на Маханаксаре перед Великим Манвэ ты клялся не противопоставлять свою силу Саурону? Как же тогда ты защитишь Кольцо Всевластия? Или ты уже забыл о своих клятвах? В итоге, у нас некому нести Оружие. - Но это еще не конец! – Глорфиндейль взъярился, он был невероятно зол и собственная речь воспаляла его, - Что вы предлагаете? У нас есть великий кузнец из Эрегиона, друг Кеберимбора, который говорит нам, что даже гномьи печи не смогут растопить кольцо. У нас есть мудрец, уверяющий что не осталось в Эндоре драконов, способных испепелить кольцо. Но что, разве Черный Ородруин – единственный вулкан в Средиземье? Что, под Одинокой горой, древним вулканом не осталось больше лавы? Что, алмазы, которые мы добываем в таком великом множестве не из вулканических пород? Что, мы не можем двинуть на юг и найти вулкан там? Уж не осталось глубоких пропастей? Не каждое ущелье – дыра под Хьярментиром. Не всюду ждет нас мрак Унголианты. И не покинул пока воды Ульмо. Брось мы кольцо в море – он бы сокрыл его в своих пучинах. Но нет. Нам обязательно нести Кольцо в Сосредоточие Тьмы? Что это за хитрый план у тебя, Гендальф? Обязательно через кишащие орками горы? Через перевалы, где недавно видели тень Улайри? Верно, ты не на ту сторону воюешь, друг мой Олорин. Тьма окружила эльфа. - Что это вообще за «хитрый план»? Обмануть Саурона? Вы тут все повредились рассудком? Я живу эоны лет и за все это время лишь силы тьмы обманывали нас, а мы брали их силой, мощью и отвагой. Обманом Бауглир взял Гондолин. Лишь с ратью Валинора мы сокрушили Моргота. Обманом Саурон разрушил Эрегион и лишь с армией Нуменора мы победили его. Лишь неисчислимым войском Ар-Фаразона был пленен Злой Дух. И обманом Гортхаур затопил Остров Эдайн. И лишь собрав все свои силы мы в последнем союзе стерли крепость Барад-Дур. Так почему же вы вдруг решили, что сейчас выйдет иначе? Почему мы в принципе должны считать, что этот «хитрый план» вещает нам не слуга Саурона? Как можем мы знать, что Саруман не склонил Гендальфа на свою сторону? Эльф выхватил свой меч, но не бросился на истари. Он давал старому магу шанс оправдаться. Глорфиндель поднял меч и оглядел присутствующих. Свет Анора, пробившийся сквозь пелену небес сиял на острие Алкатерева и выгравированное на лезвии созвездие Менельвагора лучилось ярким огнем. - Я не позволю вам отдать Кольцо Саурону. Я не дам этому ублюдку захватить Средиземье. Но я клянусь вам, что мы победим. Это возможно лишь при консолидации всех Сил Света. О да, я вижу новую войну Воистину Последнего Союза. Клянусь, со мной Кольцо Всевластия будет в безопасности. Клянусь вам, что мы его уничтожим. Клянусь Элберет, я сотру всю погань Саурона с лица Арды. Я снесу врата Мораннона. Я развею по ветру всех рабов кольца. Я сокрушу Барад-Дур. Я отрежу все гнилые члены Гортхауэра. Я рассеку на ленты его черное тело. Я выжгу ему глаза и вырву язык. Я отрублю его голову и брошу ее в пламенную бездну Ородруина. Я лично расправлюсь с каждым орком. Я изничтожу все их гадостное племя. Мужчин, стариков, женщин и детей. Я превращу в руины их поселения и выжгу поля. Я покончу с ними навсегда. Я проломлю головы всем троллям. Сломаю шеи крылатым тварям. Я пойду на юг! Я перережу глотку каждому черному нуменорцу. Я очищу Умбар от скверны. Я доберусь до Харада и обращу его в пустыню. На юге не останется ничего живого! – Тьма скрыла лицо Глорфиндела, златые его волосы стали черными, как смоль. Свет Сильмарила горел на острие клинка. Нолдо желал этого слишком давно, он слишком устал от всех бед, горестей и лишений, что принес ему Моргот. Эта тварь отобрала у него все, включая собственную жизнь. И сносить тяжесть этого бремени было невозможно более для эльфа. Он клялся Именем Илюватора и призывал на свою голову извечный мрак, если не сдержит обета. И Манвэ в безумии поминал он, и Варду, и благую гору Таниквэтиль, клянясь ненавидеть и преследовать Стихию Мира, всех порождений его, слуг и учеников, все силы его и все те сферы, куда он запустил отравляющие пальцы. Клялся он истребить, изничтожить, обратить в прах все, чего коснулся Бауглир и навсегда стереть тень его с лица мира. И клятва эта не может быть нарушена и будет преследовать Глорфиндейла до конца света.
  2. Я все уже проаргументировал давно в админке
  3. Это уже мастера будут решать
  4. Эрегион

    Глорфиндейль. Пост третий. Эрестор наконец взял себя в руки и вспомнил, что у него в покровителях ходят не только Ниенна Вечно Оплакивающая, но и Тулкас Сильномогучий. Варги бежали поджав хвост, но эльф слышал гортанные окрики и вой новых орков вдалеке. Времени до их подхода оставалось немного, но все же оно еще было. Лаурэфин подошел к своему коню и положил ладонь ему на морду. Асфалот потихоньку успокаивался, он был не столько ранен, сколько напуган. К несчастью, у коня было небольшое рассечение в районе ноздрей и немного покусана нога. Но ничего, денек другой и Асфалот полностью оправится после стычки с семерыми дурными порождениями извращенной морготовской фантазии. Глава Дома Золотого Цветка обернулся к другу и тепло его обнял: - Рад видеть тебя, Эрестор! Ты храбро сражался, - Глорфиндейл слегка потряс смущенного квенди за плечи, - И без тебя мне пришлось не сладко! Спасибо за помощь, брат! Но что привело тебя ко мне? Оказалось, посланники свободных народов Эндоре уже прибыли в Последнюю Обитель и большой совет назначен на завтрашнее утро, а это значило, что медлить нельзя. Путь до Имладриса вовсе не близкий, особенно учитывая, что доведется сильно попетлять сбивая отряд гоблинов со своих следов. Из-за ближайшего холма раздался пронзительный крик и топот тяжелых орочьих сапог все приближался. Глорфиндель с тревогой взглянул в глаза Эрестору и произнес: - Погоня уже совсем рядом. Скачи быстрее, мой друг если не хочешь словить спиной отравленную стрелу этих тварей. Лаурэфин не стал запрыгивать на своего коня, боясь травмировать Асфалота еще сильнее, но взял лошадь за поводья и легонько хлопнул по крупу. Конь припадая на одну ногу поскакал рысью, но вскоре хромота прошла и Асфалот перешел на уверенный галоп. Стремительно бегущий эльф не отставал и казалось, что он летит над землей.
  5. За барной стойкой №447. Феникс.

    Паладин бы за час управился
  6. Эрегион

    Глорфиндель. Пост второй. Медитация эльфа длилась около часа. Словно вокруг Лютиен Прекрасноволосой, рядом с Глорфиндейлом собралось зверье со всех окружающих долин. Животные, чувствовавшие в Перворожденном огромную мощь и отблеск света Древ, стремились понежится в лучах первобытной силы. Солнце окончательно скрылось за горизонт и на небе зажглись яркие звезды Владычицы Варды. Переливалось красным созвездие Менельвагор и мудрые, взглянувшие сегодня в высь, видели в этом тревожный знак. Слабые гнилостные вибрации достигли разума Глорфиндейла, он сморщился открыл глаза. Среди погруженных в вечерние тени холмов двигались рваные пятна тьмы. Искаженные души несчастных тварей, они устроили охоту за конем Лаурэфина - Асфалотом. Казалось, дела у лошади шли явно не очень, но Глорфиндейль был спокоен за своего друга, Асфалоту доводилось выходить и не из таких передряг. Немного поодаль неслась светлая фигура Эрестора, еще чуть чуть и советник Элронда схлестнется с морготовскими варгами. И вот за писаря Лаурэфин волновался, несчастный книжник мог совладать разве что со своим пером, но вероятно, и от него отшатывался в ужасе завидев на неположенном месте. Златовласый тоскливо улыбнулся, как забавно, что стоит ему ненадолго сомкнуть глаза и все вокруг идет наперекосяк. Глорфиндель не торопился. Он обнажил свой клинок, встал на колени и обратил лицо к небу: - А Элберет Гилтониэль, о Благословенный Манвэ, простите мне горькие деяния, - меньше всего на свете эльфу хотелось проливать кровь, и его голос был искренним и преисполненным печали - О Мудрый Мандос, прими в свои Чертоги эти заблудшие души. О Храбрый Тулкас, дай мне сил развеять тьму! Словно порыв ветра, Лаурэфин вскочил и побежал навстречу побоищу. Эльф резко свиснул - это был сигнал Асфалоту и тот его послушно исполнил. За долю мгновения, конь встал на дыбы и обрушил свои тяжелые копыта на голову самому здоровому и потрепанному годами варгу. Тем же временем замешкавшийся поодаль волк развернулся обнаружить источник свиста. Золотой кинжал тут же воткнулся чудовищу промеж глаз. Легкий шорох рассекаемого острейшим клинком воздуха окружил полководца Второго Дома. Брызги багровой, вонючей, парящей крови опятнали белоснежные одеяния эльфа. Казалось, он танцевал какой-то замысловатый танец и ярящиеся в бессильной злобе варги отшатывались от золотого рыцаря. Твари моргота были не глупы и понимали, что Лаурэфину нужно спасать одновременно и писаря Ривенделла и своего коня. Но они не могли знать, насколько быстр, ловок и хитер окажется их противник. - Коли острием! - воскликнул он, делая выпад прямо в разинутую пасть прыгнувшего на Эрестора волколака.
  7. Эрегион

    Глорфиндейль. Пост первый. Последние листья опадали со старого, искореженного ветрами и временем вяза, стоявшего на вершине холма. Рядом росли многочисленные кустарники падубов. Эльф спрыгнул с Асфалота и оставил коня около весело журчащего холодного ручья бравшего истоки в отрогах Мглистых гор. У Глорфиндейла, полководца Имладриса не было дел, но он по привычке нес вахту на границах Владений Элронда, охраняя покой последних детей своего рода. Лаурэфин легко взбежал на холм и подошел к дереву. Кора вяза была еще теплой и отдавала розовым на свету заходящего солнца. Стояла приятная осенняя погода и только на востоке, над перевалом Красного Рога бушевала буря. Эльф пригляделся и увидел что там, вдалеке, горят костры и трепещут под ливнем палатки народа гномов. Это было странно, давно уже Глорфиндейль не видел бородачей в этих краях. Еще квенди рассмотрел на другом горном склоне факелы орков, бежавших от непогоды куда-то в сторону лагеря наугримм, а может и в какую свою пещеру. Заклятые враги - гоблины и карлы пока еще не знали друг о друге. А если узнают, вспыхнет лютая сеча. Но Лаурэфин не собирался вмешиваться в это дело. Эльф постоял еще чуть чуть, наблюдая за развитием событий и успокоив свою совесть отвернулся, забыв обо всех проблемах, разгоравшихся на Карадрасе Жестоком. Разум Глорфинделя был сосредоточен совсем на другом. Тревога охватывала Лаурэфина от мысли, что в Имладрисе теперь находится сосредоточение сил Саурона. Око Бури, дарующее немыслимую мощь, но и засасывающее, грозящее погубить всех, кто окажется поблизости от него. Надень Кольцо Светлый Лорд или Истари и он сравнится с Темным Зверем и сможет одолеть его в поединке. Но какой ценой? Глава Дома Золотого цветка сел под старый вяз и загрустил. Печаль от постепенного Искажения Эндоре застила глаза эльфу. Он сокрушался от жалости ко всему живому и рыдал, представляя себе немыслимую боль, которая терзает дух Гортхауэра.
  8. Эрегион

    Эрегион Некогда могучее эльфийское королевство, основанное кузнецами нолдор, но разрушенное тысячелетия назад. …деревья и травы не хранят памяти о них, лишь камни плачут: из глубин они добыли нас, искусной рукой гранили нас, высоко возводили; но нет их боле.
  9. За барной стойкой №447. Феникс.

    О том и речь
  10. За барной стойкой №447. Феникс.

    шакалис
  11. Я за сегодня два поста написал, а Крендель один и сейчас пишет второй.
  12. Очень даже играю у Горта
  13. Я уже почти месяц как вернулся, лол.
×

·